Послушать интервью Посмотреть превьюМеня зовут Шаталина Ольга Александровна. В Зарайск я приехала в 1980 году по распределению после окончания Московского мясомолочного института. Сначала я хотела отработать три года и уехать — город мне совершенно не нравился. Я выросла в деревне, и после Москвы очень хотелось жить в большом городе. А тут, проснувшись в первый день в общежитии на улице Благоева, я услышала, как по улице идет и мычит стадо коров, и решила, что снова попала в деревню.Я приехала 4 августа, в день зарплаты. Тогда деньги на предприятиях выдавали в один день, и мне показалось, что на улицах очень много пьяных. Я даже испугалась, куда попала, но меня успокоили: «Не волнуйся, завтра все протрезвеют, получка быстро кончится». Потом я стала гулять, изучать город. Тогда еще сохранилась старая мостовая, ведущая к Кремлю. Мой наставник говорил: «Зарайск после дождя всегда был как пасхальное яичко. Дождик пройдет, по камням всё стечет — и никакой грязи!». Со временем я прикипела к Зарайску всей душой, вышла замуж, родила сына, и теперь для меня лучше города нет.Моей «зарайской крестной» стала Лидия Алексеевна Кондратьева, начальник отдела кадров фабрики перовых изделий. Изначально меня направили именно туда, так как я оканчивала мясомолочный институт, а эта фабрика входила в мясное управление Московской области. Лидия Алексеевна встретила меня прямо с чемоданами, водила за ручку по городу, помогала искать квартиру, и в ее семье я стала как дочка.Я пришла работать инженером-экономистом. Моими наставниками стали Нинель Королева и начальник экономического отдела Лидия Павловна Домрочева. Меня очень удивляла местная лаборатория: в моем понимании это вода и реактивы, а здесь лаборанты вручную выбирали перо из мешков и считали, сколько там пера, а сколько пуха. Но работа увлекла меня: я анализировала весь производственный процесс.Позже я стала главным технологом, и мне приходилось досконально разбирать всё производство. Я узнала новые слова, например, «шлейс» — так назывались остатки после того, как машина обдирала стержень у больших перьев водоплавающих птиц. Оборудование на фабрике стояло немецкое. Наша фабрика была самой большой в Советском Союзе из двадцати подобных, к нам часто ездили за передовым опытом. Старые сортировочные машины были невероятно громкими и пыльными, но потом фабрика переехала в новые помещения на Московской улице, где стало тише.Я приехала в Зарайск с характеристикой секретаря комсомольской организации и всегда была активным человеком. Отработав семь лет на перовой фабрике, я перешла инспектором в Комитет народного контроля. Раньше движение кадров было выстроено очень четко: каждый был на виду, людей рассматривали и выдвигали на новые должности. Благодаря моей активности горком партии предложил мне стать секретарем парткома обувной фабрики.На обувной фабрике не очень любили «пришлых» людей. Там работало более двух тысяч человек, существовали целые семейные династии, которые знали друг друга многими поколениями. Фабрика сама готовила для себя специалистов: при ней работало ПТУ и ФЗУ, откуда в цеха выходили уже готовые кадры. Здание конторы было старинным, из красного кирпича, с узкими коридорчиками и двором-колодцем. А партком и фабком находились рядом, в бывшем доме Рёдерса.В то время у нас была крепкая связь со Вьетнамом. К нам приезжала делегация вьетнамских рабочих — молодых девушек и парней, которых поселили в общежитии №20. Они жили там своей отдельной «республикой», а меня называли «мама». Конечно, по производительности они никак не могли догнать наших советских рабочих. В рантовом цеху, где шили тяжелую армейскую обувь, им поручали самые легкие операции: подшить, покрасить или намазать клей, потому что у них просто не хватало сил на тяжелую работу.Жизнь в Зарайске тогда была очень насыщенной. Праздники отмечали как в семьях, так и на производстве — устраивали «огоньки» с художественной самодеятельностью. На 1 и 9 мая трудовые коллективы стекались с разных улиц на Советскую, шли колоннами вокруг памятника Ленину, а с балкона горкома партии нас торжественно приветствовали. Самой памятной для меня остается Ленинская улица — тогда кроны деревьев смыкались над ней так плотно, что ты ехал словно по зеленому туннелю. Вся городская молодежь собиралась на танцплощадке обувной фабрики. Она была устроена необычно: круглая площадка с решетками по периметру. Те, кто не заплатил за билет, танцевали за решеткой, а купившие заходили внутрь. Парк был очень красивым, перед памятником Кирову располагалась уникальная клумба-цветочница с часами, на которой каждый день высаживали актуальную дату.Сегодня мое любимое место в городе — новая набережная. Приятно удивляет, что она так полюбилась жителям и там всегда много людей. Зарайск до сих пор остается самым чистым городом с прекрасной экологией, здесь действительно есть чем дышать. Я очень хочу, чтобы город развивался, проводил масштабные мероприятия и чтобы молодежь оставалась здесь жить. Мы в свое время много работали над концепциями социально-экономического развития, организовывали Союз малых городов. И я уверена: чтобы люди оставались, им нужна реальная мотивация и конкретные перспективы — одного лишь призыва к патриотизму, к сожалению, недостаточн 